












"Ручей Урд не длиннее тёмной глубины, в которую мы пристально вглядываемся, но живительный поток - это оплодотворение, текущее через северные земли. Да, в самых ярких видениях сущности, эта жизнь теперь может развивать себя в Настоящей силе и специфике, поднятый ко Вседержителю, который высший в Вальхалле, к нему, настоящему Богу...".

В мире есть два естественных светила - Солнце и Луна. Первое искажает внешний вид другого, часть до неузнаваемости. Солнце даёт нам свет, тепло и ясность, в то время, как Луна не даёт нам света, а лишь холод и неизвестность. Мы живём в солнечном свете, мы создаём искусственный солнечный свет, после того, как Арвакр и Алсвиннр, посланные Солом, утопили Солнце в море на западе, потому что мы любим свет, тепло и ясность. Всё начинается со света, когда приходит Ночь, жена Наглфариса, наш мир исчезает. Он озарён светом, который мы не любим, бесцветным, холодным, неясным светом. В лесах сидят странные существа, и люди скрываются в своих маленьких надёжных домах. А снаружи правят только силы Тьмы, в прямом значении этого слова. Мир становится совершенно иным. Для некоторых он становится единственным местом, где можно жить. Для тех, кто хочет бросить вызов Титанам, которым покровительствует Луна, появляющимся в форме неконтролируемых сил Природы, мир, в конце концов, действительно, становится тем единственным местом, где можно жить.
Давным-давно, ещё в самом начале, была Сила, которая давала людям жизнь и мир всему растущему и живущему вокруг неё. Эта Сила была на всём Севере, в растениях и озёрах, и всегда за свою мощь она получала что-либо взамен. Эта мощь поддерживалась жертвоприношениями, павшими Воинами и их гордостью, кораблями, которые люди захватывали в сражениях, и каждый год приносили в жертву жрицу и несколько рабов. Сила была могущественна, и, в результате, то, что жило и росло вокруг неё, тоже стало могущественным. Вдруг Сила перестала получать жертвоприношения, люди "вылечились от языческой чумы", они стали "мудрыми"; но их Древние знания остались в подсознании. Сила начала увядать, она отступила к высыхающим ручейкам и озёрам Севера. До сих пор она скрыта под этими тёмными, холодными водами. Где-то её уже нет вовсе, она уничтожена тупостью и неверием. Но где-то она существует. Когда наступает ночь, Сила завлекает животных и людей, потому что мы должны сделать её могущественной, чтобы всё стало таким, каким было когда-то.
Когда вы отправляетесь к наиболее отдалённым островам от побережья Норвегии, вы видите старых норвежских полководцев, потерянных в море давным-давно. Даже теперь они плавают там, и, когда сильный ветер, вы можете видеть их плывущие могилы, то появляющиеся на поверхности воды, то исчезающие вновь. Вы заметите, что они печальны. Многие из них плавают там уже тысячи лет в поисках гавани, которая примет их с распростёртыми объятиями. Они всё ещё ищут приветливую гавань, но ни разу их убежище не давало им крова; они были преданы своими потомками, своими собственными детьми. Интересно, как долго будут они искать, они, обманутые людьми, пока не найдут гавань, где смогут высадиться, пристань, которая приютит их самих и их горе. Как долго?
Вместе с духовной чумой юга пришло нечто, что убило мужество и честь. Свет, как оно было названо, уничтожил много мужчин и женчин, они умирали в своих кроватях, нередко от старости. Мужчины, которые могли завоевать славу, героически погибнув на поле битвы, умирали от старости. Силы Зла должны были быть искоренены. Война была грехом, и человек не осмеливался убивать. Был мир, но не истинный мир, потому что этот мир отнимал у людей больше энергии, чем любая война. Вечный мир - это не мир, различия порождали энергию. Свет не грел их, не позволял им видеть, он ослеплял их, свет вытягивал из них энергию, и они умирали в своих постелях, их не чтили при жизни. Свет принёс им мир, божественный мир, чёрт возьми!
В лесах Норвегии группа лучших людей, их было двенадцать, была отвергнута обществом, признана вне закона из-за религии. Они путешествуют, помогают людям на побережье и ждут возвращения того, кто является их гордостью - Лидера. Вы можете видеть их фигуры на горизонте, они идут, чтобы вернуть людям человечность. Они видели вспышку на небе, свет такой же истинный, как и обман христиан. На севере есть люди, для которых он ещё жив. Мы зажжём огонь на северном небе, достаточно сильный, чтобы все его увидели. Тринадцать защитников собрались на равнине идей: Вотан и двенадцать его сыновей - Форсети, Видар, Нйодр, Фрейр, Донар, Тир, Хаймделль, Браги, Улль, Хонир и Локи. Они хорошо правят.

Начинается сказ с того, что Бальдру Доброму стали сниться дурные сны, предвещавшие опасность для его жизни. И когда он рассказал те сны асам, они держали все вместе совет, и было решено оградить Бальдра от всяких опасностей. И Фригг взяла клятву с огня и воды, железа и разных металлов, камней, земли, деревьев, болезней, зверей, птиц, яда и Змей, что они не тронут Бальдра. А когда она это сделала и другим поведала, стали Бальдр и асы забавляться тем, что Бальдр становился на поле тинга, а другие должны были кто пускать в него стрелы, кто рубить его мечом, а кто бросать в него каменьями. Но что бы они ни делали, всё было Бальдру нипочём, и все почитали это за великую удачу. Как увидел то Локи, сын Лаувейи, пришлось ему не по нраву, что ничего не вредит Бальдру. Он пошёл к Фригг, в Фенсалир, приняв образ женщины. А Фригг и спрашивает, ведомо ли той женщине, что делают асы на поле тинга. Та отвечает, что все, мол, стреляют в Бальдра, но это не причиняет ему вреда. Тогда промолвила Фригг: "Ни железо, ни дерево не сделают Зла Бальдру. Я взяла с них в том клятву". Тут женщина спрашивает: "Все ли вещи дали клятву не трогать Бальдра?" Фригг отвечает: "Растёт к западу от Вальхаллы один побег, что зовётся омелою. Он показался мне слишком молодым, чтобы брать с него клятву". Женщина тут же ушла. Локи вырвал с корнем тот побег омелы и пошёл на поле тинга. Хёд стоял в стороне от мужей, обступивших Бальдра, ибо он был слеп. Тогда Локи заговорил с ним: "Отчего не метнешь ты чем-нибудь в Бальдра?" Тот отвечает: "Оттого, что я не вижу, где стоит Бальдр, да и нет у меня оружия". Тогда сказал Локи: "Всё ж, поступи по примеру других и уважь Бальдра, как и все остальные. Я укажу тебе, где он стоит; метни в него этот прут". Хёд взял побег омелы и метнул в Бальдра, как указывал ему Локи. Пронзил тот прут Бальдра, и упал он мёртвым на землю. И так свершилось величайшее несчастье для богов и людей. Когда Бальдр упал, язык перестал слушаться асов, и не повиновались им руки, чтобы поднять его. Они смотрели один на другого, и у всех была одна мысль - о том, кто это сделал. Но мстить было нельзя: было то место для всех священно. И когда асы попытались говорить, сначала был слышен только плач, ибо никто не мог поведать другому словами о своей скорби. Но Одину было тяжелее всех сносить утрату: лучше других постигал он, сколь великий урон причинила асам смерть Бальдра. Когда же боги обрели разум, молвила слово Фригг и спросила, кто из асов хочет снискать любовь её и расположение, и поедет дорогою в Хель, и постарается разыскать Бальдра, и предложит за него выкуп Хель, чтобы она отпустила Бальдра назад в Асгард. И тот, кого называют Хермод Удалой, сын Одина, вызвался ехать. Вывели тут Слейпнира, коня Одина, вскочил Хермод на того коня и умчался прочь.
Теперь надо поведать о Хермоде, о том, что он скакал девять ночей тёмными и глубокими долинами и ничего не видел, пока не подъехал к реке Гьёлль и не ступил на мост, выстланный светящимся золотом. Модгуд - имя девы, охраняющей тот мост. Она спросила, как звать его и какого он роду, и сказала, что за день до того проезжали по мосту пять полчищ мертвецов, "так не меньше грохочет мост и под одним тобою, и непохож ты с лица на мёртвого. Зачем же ты едешь сюда, по дороге в Хель?" Он отвечает: "Нужно мне в Хель, чтобы разыскать Бальдра, да может статься, видала ты Бальдра на дороге в Хель?" И она сказала, что Бальдр проезжал по мосту через Гьёлль, "а дорога в Хель идёт вниз и к северу". Тогда Хермод поехал дальше, пока не добрался до решётчатых ворот в Хель. Тут он спешился, затянул коню подпругу, снова вскочил на него, всадил в бока шпоры, и конь перескочил через ворота, да так высоко, что вовсе их не задел. Тогда Хермод подъехал к палатам и, сойдя с коня, ступил в палаты и увидел там на почётном месте брата своего Бальдра.
Асы же подняли тело Бальдра и перенесли к морю. "Хрингхорни" - так звалась ладья Бальдра, что всех кораблей больше. Боги хотели спустить её в море и зажечь на ней погребальной костёр. Но ладья не трогалась с места. Тогда послали в Страну Великанов за великаншей по имени Хюрроккин. Когда она приехала - верхом на Волке, а поводьями ей служили Змеи - и соскочила наземь. Один позвал четырёх берсерков подержать её коня, но те не могли его удержать, пока не свалили. Тут Хюрроккин подошла к носу ладьи и сдвинула её с первого же толчка так, что с катков посыпались искры и вся земля задрожала. Тогда Тор разгневался и схватился за молот. Он разбил бы ей череп, но все боги просили пощадить её. Потом тело Бальдра перенесли на ладью, и лишь увидела это жена его Наина, дочь Цепа, у неё разорвалось от горя сердце, и она умерла. Её положили на костёр и зажгли его. Тор встал рядом и освятил костёр молотом Мьёлльнир. А у ног его пробегал некий карлик по имени Лит, и Тор пихнул его ногой в костёр, и он сгорел.
Хермод заночевал там. А наутро стал он просить Хель отпустить Бальдра назад, рассказывая, что за плач великий был у асов. Но Хель сказала, что надо проверить, правда ли, все так любят Бальдра, как о том говорят. И если всё, что ни есть на земле живого иль мёртвого, будет плакать по Бальдру, он возвратится к асам. Но он останется у Хель, если кто-нибудь воспротивится и не станет плакать. Тогда Хермод поднялся, а Бальдр проводил его из палат и, взяв кольцо Драупнир, послал его на память Одину, а Наина послала Фригг свой плат и другие дары, а Фулле - перстень.
Вот пустился Хермод в обратный путь, приехал в Асгард и поведал, как было дело, что он видел и слышал. Асы тут же разослали гонцов по всему свету просить, чтобы все плакали и тем вызволили Бальдра из Хель. Все так и сделали: люди и звери, земля и камни, деревья и все металлы, и ты ведь видел, что все они плачут, попав с мороза в тепло. Когда гонцы возвращались домой, своё дело как должно исполнив, видят: сидит в одной пещере великанша. Она назвалась Тёкк. Они просят её вызволить плачем Бальдра из Хель. Она отвечает: "Сухими слезами Тёкк оплачет кончину Бальдра. Ни живой, ни мёртвый он мне не нужен, пусть хранит его Хель". И люди полагают, что это был не кто иной, как Локи, сын Лаувейи, причинивший асам величайшее Зло.
I. Хеймдалль трубит, поднял он рог, с черепом Мимира Один беседует.
II. Трепещет Иггдрасиль, ясень высокий, гудит древний ствол, турс вырывается.
III. Что же с асами? Что же с альвами? Гудит Йотунхейм, асы на тинге; карлики стонут пред каменным входом в скалах родных - довольно ль вам этого?
IV. Хрюм едет с востока, щитом заслонясь; Йормунганд гневно поворотился; Змей бьёт о волны, клекочет орёл, павших терзает; Нагльфар плывёт.
V. С востока в ладье Муспелля люди плывут по волнам, а Локи правит: едут с Волком сыны великанов, в ладье с ними брат Бюлейста едет.
VI. Сурт едет с юга с губящим ветви (???), солнце блестит на мечах богов; рушатся горы, мрут великанши, в Хель идут люди, расколото небо.
VII. Настало для Хлин новое горе, Один вступил с Волком в сражение, а Бели-убийца с Суртом схватился, - радости Фригг близится гибель.
VIII. Сын тут приходит Отца Побед, Видар, для боя со зверем трупным; меч он вонзает. Мстя за отца, - в сердце разит он Хведрунга сына.
IX. Тут славный приходит Хлодюн потомок. Со Змеем идёт биться сын Одина, в гневе разит Мидгарда страж, все люди должны с жизнью расстаться.
X. Солнце померкло, земля тонет в море, срываются с неба светлые звёзды, пламя бушует питателя жизни. Жар нестерпимый до неба доходит.
Перевод сделан по материалам "Младшей Эдды" (Издательство "Наука", Ленинградское отделение, Ленинград, 1970; О. А. Смирницкая, М. И. Стеблин-Каменский).

На склоне голой скалы где-то в Skatinawjo - остров Skapis - белокурый, убранный в меха человек обессмертил свою память о Манне, старейшем Инге. Большое человекоподобное очертание выгравировано в скале кроваво-красного цвета, с большим фаллосом. Его руки протянуты к небу. Манн, сын Туисто, его безупречный род пережил холодный север вместе с его сыновьями: Ингевоном, Герминоном и Истевоном. Сердце Туисто согрето взглядом его потомков; он знает: боги не забыты. Всё же - он думает - несмотря ни на что, есть надежда, на будущее поколение.
Звучат барабаны войны. Воины собираются к битве на равнине Вигрид. Конунги, Волки, Вороны и Боги, черви и чудовища Тьмы; равнина пылает огнём. Проливается кровь, куски тела, оторванные конечности, разбитые черепа и тела лежат по всей равнине. Крики режут воздух, крики ярости и боли, удары металлических клинков и лязг оружия, сбитые в кучу тела. Вдруг, на короткий момент всё замерло. Так, как будто мир задержал своё дыхание. Один повержен на Вигрид равнине; поглощённый Фенриром. Какой-то момент время стояло на месте. Да славится Один!
Голоса из призрачного мира слышны сквозь тёмную зимнюю ночь, сердцебиение духа. Это - святые двенадцать дней Йоля. Тёмные образы видны в небе, всадники смерти. Внезапно они спустились с туч в прекрасную пустыню; князья и конунги, воры и убийцы - все в одной фаланге, загадочно плывут по воздуху на призрачных лошадях, появляющиеся, когда их меньше всего ожидают. Чёрные щиты, меха Медведей и Волков, сверкающие клинки, открытые раны и верёвки до сих пор обмотаны вокруг их шей; они - волчья стая Одина, непобедимые и мёртвые - бессмертные войны Асгарда! Оборотни стаями охотятся на протяжении двенадцати дней Йоля, ища живущих; да здравствуют святые традиции, да здравствует душа умерших, да здравствуют святые ритуалы Одина, а также гневные лица Асов и копыта Слейпнира. Лица Асгардеев!
Счастливые мужчины и женщины идут по тропе в лесу. Следуя за повозкой, которой управляет священник, по направлению к святому озеру. Изумительные цвета, счастливые танцующие люди, сцена любви к природе. Танцующие вокруг - это рабы, жертва Матери Земли, этим солнечным днём, танцующие вокруг направляются к святому озеру. "Слава Матери Земле!" - кричат рабы. Они славят и восхваляют, до того, как они, задушенные, будут опущены в озеро, счастливые и улыбающиеся, охотно отдающие свои жизни силе природы. Вот истинная любовь, и истинная сила!
Мать оплакивает потерю своего сына. Прекраснейшего человека на свете; светлого и светящегося, красивого и прекрасного как никакой более человек. Светлые волосы, прекрасные небесно-голубые глаза, и кожа так прекрасна, что светится. Высокий и статный, сильный и храбрый, идеальный во всей своей сущности. Теперь он мёртв! Безмолвный. Одинокий. Смотрящий на землю и всё остальное из окна, находящегося высоко в облаках. Холодная от печали, убитая горем; очень маленький кусочек жизни затухает. Слишком утомлённая, чтобы двигаться, слишком унылая, чтобы думать, о чём-либо ещё, кроме как о её мёртвом сыне. Остальные готовятся к защите города, её муж ушёл, чтобы найти и отомстить за убийство. Никто не думает о ней, ни у кого нету времени для неё. Она осталась одна, оплакивать смерть своего сына.
Богам только что удалось привязать Фенрира к земле. Тюр во время этого потерял свою руку; это была страховка Волка, гарантия того, что он не будет обманут; но он был обманут. Его челюсти прибиты к земле палашом, и пена течёт из его рта, образуя две реки. Реки Won и Whl - надежды и силы воли. Боги смеются и веселятся, и возвращаются счастливыми домой; ужасный Волк теперь безопасен. Только Тюр остался, сильно кровоточит из его запястья, он смотрит на страдания Волка, как он в муках искажает своё тело. Он вглядывается в глаза Фенрира и видит его душу, полную боли и печали; это ужасное предательство. Поднимаясь, он идёт к Эйр, чтобы она исцелила его рану, и остановила кровотечение. Теперь он знает, как это - взглянуть в глаза Огня. Он никогда не будет таким, как раньше, он потерял не только руку, на острове с Волком.
Ночью сама, Фрейя плачет; она брошена мужем. Который должен был уйти, чтобы сражаться с силами Тьмы. Мысли о том, что когда-то было, протекают у неё в сознании; она играет на зелёной траве под красочными деревьями, прекрасные поля цветов, свежие фрукты и ягоды, прекрасная музыка эльфийских хоров. Журчащая вода навевает мысли об озере, в котором они купались, водопады и изумительные облака в небе. Они очень счастливы, у них свой Золотой век. Теперь она всё утратила - её Золотые Слёзы, которые текут из небесно-голубых глаз, как свидетели того, что однажды было - что утрачено навсегда; до того, как родится Новый Мир, после Рагнарока. А пока дайте нашей дорогой Фрейи тёплые мысли, чтобы помочь провести ей эту холодную ночь.
Слепой Хёд пустил стрелу, которая убила радость Фригг и светящееся солнце. Боги не смогли произнести ни слова, когда они увидели, что произошло. Они поняли, что что-то было не так. Но никто ничего не сказал; ни ему, ни кому-либо другому. Через некоторое время он начал плакать, чувствуя ужасную потерю, но было слишком поздно. Бальдр был убит его рукой. Он ушёл прочь один в свой дом, чтобы плакать и скорбеть в одиночестве. Ненавидимый другими, отвергнутый другими. Он не может ничем помочь, он знает, что произошло, когда он пустил стрелу. Он не хотел убивать своего собственного брата. Хёд ждёт, когда придёт мститель, ждёт Вали, который убьёт его. Он очень сожалеет о том, что он сделал, но знает, что смерть - это единственный выход. Он вернётся, когда рассветёт новый мир, из тени старого. Тогда он не будет больше одинок, он встретит своего брата Бальдра снова, и обнимет его в траве, где его дорогой отец Один был убит Фенриром. Тогда он больше не будет плачущим демоном.

На высокой скале острова Скапинавьо человек с белыми волосами высекает из камня изображение Маннуса в кроваво-красном цвете. Его руки обращены к небу. Маннус, сын Туисто, жил на севере с сыновьями: Ингусом, Герминусом и Иство. Сердце Туисто согрето его потомками, он знает, что боги его не забудут. Он жил ради будущих поколений.
Гремят барабаны войны. Воины собрались на битву в долине Вигрид. Вооружённые люди, Волки, Вороны и Боги, черви и звери мрака. Долина освещена пламенем. Кругом кровь, тела, кости. Слышны крики и стоны боли, отчаяния и смерти, звуки мечей и звон доспехов. Вдруг всё замирает. Как будто вся Вселенная замёрзла - это Вотан пал на землю, сражённый Фаньярихом.
Тёмной зимней ночью можно услышать голоса духов, биение их сердец. Это происходит в священные двенадцать дней Юла. В небе можно увидеть тёмных призраков, всадников смерти. Внезапно они устремляются вниз из тёмных туч. Короли и бродяги, воры и убийцы несутся на призрачных конях. С чёрными щитами, в медвежьих или волчьих шкурах, сверкая мечами, с кровоточащими ранами. Это - армия Вотана. Погибшие, но теперь бессмертные воины Анзусгарда! В эти дни вылезают оборотни, собирается вся нечисть и, следуя священным традициям и ритуалам, приветствуют души умерших.
Счастливые юноша и девушка едут по лесу в телеге, управляемой священником, к священному озеру. Все веселятся и танцуют. Танцующие-рабы, предназначенные в жертву Матери Земле. В этот солнечный день они тоже следуют к священному озеру. Славя Мать Землю и ликуя, пока их не душат и топят в озере, счастливых и смеющихся. Вот она, настоящая любовь!
Мать оплакивает потерю своего сына. Самый чудесный человек на свете, свет в окошке, прекраснейший из мужчин! Блондин с небесно-голубыми глазами и белой кожей! Хозяйственный и самостоятельный, смелый и сильный! Мёртв! Тих и недвижим! Наблюдающий с облаков за нами, холодный и бесстрастный! Слишком усталая, чтобы двигаться, слишком опечаленная, чтобы думать о чём-нибудь ещё, кроме смерти своего сына. Другие готовятся к защите своих домов и семей от врагов. Никто не думает о ней, она в одиночестве печалится о сыне.
Боги намереваются прикончить Фаньяриха. Тив отдаёт правую руку в виде гарантии от обмана. Тем не менее, это его не спасло. Его пасть отрубили и бросили на землю. Из слюны получились две реки - Ван и Вил (Надежда и Воля). Боги обрадовались и пошли, счастливые, по домам - ужасный Волк стал безобидным. Только Тив остался следить за Волком. Он смотрел ему в глаза и видел печаль и боль его души. Он взял Волка и отнёс его в Эрону, чтобы остановить кровотечение.
Фрийо плачет в ночи. Она осталась одна после того, как её муж отправился в битву. Она вспоминает былые дни, когда они играли на зелёной траве, под сенью деревьев, на лугах, с цветами. Собирали фрукты и ягоды, слушали чудесное пение эльфов. Мечтали под журчание водопадов, купались в голубых озёрах. Они были счастливы, это был их "Золотой век". Теперь Золотые Слёзы бегут из её голубых глаз.
Хаднур - это убийца сына Фрийо. Боги лишились дара речи, увидев что произошло. Он понял, что случилось что-то страшное, но никто ничего не сказал ему. Он стал кричать, чувствуя ужасную потерю, но было поздно. Белдегир умер у него на руках. Он ушёл домой и плакал и горевал там, в одиночестве, брошенный всеми. Ведь он убил собственного брата. Он хотел бы вернуть всё назад, но это не в его силах. Он хотел бы снова встретить своего брата Белдегира и не хотел быть плачущим демоном.
Источники: Metal Library, Barbarian Tears, www.burzum.org, PESTEN. Black Metal Plague
(Под редакцией Horned'a)