Любая деградация не может быть незамеченной... Как бы она изначально внешне красиво и полноценно не выглядела, всё равно, гнилые плоды бросятся в глаза, или их ощутят на вкус.
Даже самый махровый раб Иллюзии, слепо верящий в её совершенство, тем не менее, задаёт себе множество волнующих вопросов, и у него возникает немало противоречий и неразрешимых проблем. Иногда и такие начинают бояться, что их мир неведом и подлежит невероятному изучению.
Рабовладелец устал, но ничего поделать не может... Он медленно ходит по небу и периодически, садясь на облако, впадает в тяжкие размышления. Он ощущает чудовищные страхи, его одолевают гнетущие сомнения... Ему-то прекрасно слышен вой тех далёких, что спрятаны в недрах земли. Он порой различает образы теней, скрывающихся в параллельных мирах. Постоянное давление всего, что ему неподвластно, не даёт покоя.
Но такое существо, которое по определению является скользким и ущербным, никогда не утолит свой голод и свою жажду. Когда-то эта Иллюзия была ещё молодой, и игра выпавшей маленькой частички Иного только начинала набирать свои обороты. Времена менялись, но профан-архитектор оставался всё таким же ненасытным. И сейчас он почти не помнит о том, что с ним было - ему по-прежнему хочется кружить над лугами полупроявленных планов в обличии стервятника и пожирать мёртвые души.
Не меньшее наслаждение ему доставляет питание от разбросанных кусочков Полноты. Каждый кусочек, будучи для него опасным, в любом случае, несёт в себе пленённые искажённые наслоения. "Пусть и так постепенно, но мне и это приятно. Эти ползающие создания, всё равно, ничего не поймут", - думает он.
Перед его глазами начинают мелькать чёрно-белые очертания. Он пытается закрыть лицо, спрятать голову подальше, чтобы её не было видно. В пустыне он спрятал бы голову в песок. Страх, немощность, старость... Но амбиции не подвержены переменам.
Постепенно становятся слышны голоса и шёпот. Его начинает ужасно будоражить - неужели он, бог, который является одним единственным богом, может услышать слова на непонятном ему языке?! Он продолжает их слышать, всё больше не понимает, и это бросает его в дрожь. Шум, шелест, голоса и шёпот усиливаются. Небо чернеет, и кажется, что некуда теперь спрятаться. Его так трясёт и крутит в немыслимом водовороте, что он всё сильнее и сильнее походит на эпилептика. Один случайный момент, и он упадёт на что-то такое, что уничтожит его окончательно.
Это будет разрыв! Но сколько таких вибраций и штормов произойдёт ещё?! Знает ли он наверняка? Ведь в моменты подобных крушений он думает только о спасении и хочет всё забыть.
Но наступает новый день. И вчерашний страдалец, свежий и бодрый, начинает гулять по облакам. О проблемах он не сразу вспоминает. Пытается о них не думать. "Поживу ещё", - повторяет он, утешая и обманывая себя.
Но в том-то и заключается вся его трагедия... О власти мечтают многие, но кто может заранее объективно всё предвидеть? Ему страшно, и он почему-то твёрдо уверен, что его преемник добьётся большего. Он понимает, что это только у него, несчастного калеки, могли возникнуть такие сложности. Быть богом замечательно. Уютно, тепло, сладко и безгранично. Но всё куда-то исчезает, и приходится хвататься за последнюю соломинку. Плыть против течения - как же это тяжело! Особенно, когда долго плывёшь, выдыхаешься и всячески теряешь силы.
Но то - лишь полбеды - мысли не уходят. И мысли эти не перестают напоминать о тех, кто не спит ночами, голодает и зловеще воет, сотрясая привычную тишину ограниченного Бытия. Их завывания и крики доносятся до звёзд. Бледные и мрачные лица обитателей глубоких пещер, сердца и кровь которых - Мировой Лёд, вызывают самый хтонический и первородный Ужас. Именно за счёт этих потусторонних действий маска Иллюзии спадает, и её деградация выплывает наружу.
Horned
